Пока любовь не оживит меня - Лина Мур

– Чтобы следить, – Ред разводит руками. Закатываю глаза и цокаю.

– Хватит из меня делать абсолютную идиотку, Джаред! – Зло произношу я.

– Я не понимаю того, по какой причине Филипп так зациклен на мне. Ведь он богат, может накачать меня наркотиками и выбросить где-то. Да, в конце концов, убить сразу же, как я узнала о его изменах. Но он упорно продолжает держать меня на привязи, хотя в мире достаточно женщин, готовых быть куклой для него за возможность носить дорогие шмотки. Нет, всё, конечно, логично, и он боится, что я раскрою рот. Но, чёрт возьми, не понимаю, зачем я ему. Не кто-то другой, а я. Думаю, есть и красивее женщины, а меня можно было давно убрать. Я…

– Ты не рассказал ей? – Мою сумбурную речь перебивает Джо и удивлённо смотрит на брата.

– Чёрт, не успел. Всё так быстро произошло, что об этом я забыл упомянуть. Мы дошли только до причин моей заинтересованности и планов, – Ред запускает руку в волосы и бросает на меня напряжённый взгляд.

– Что ты мне не успел рассказать? – Медленно спрашиваю его, хотя не желаю знать. Да, не желаю, как бы это эгоистично не звучало, но с информацией перебор.

– Ладно, у меня есть ещё пять-десять минут. Думаю, это не критично, – Ред кладёт пакет на стол и поворачивается ко мне.

– Филипп на грани банкротства. Пока мы были здесь, ожидали праздника, то я вытащил его счета и увидел, что он уже несколько месяцев тратит больше, чем зарабатывает, – приоткрываю рот от его слов.

– Но… но это невозможно. Да, конечно, тратим мы много, но у Филиппа есть фонд, который преподнёс его отец нам в качестве свадебного подарка, и там было пару миллионов точно. И насколько я знаю, точнее, могу предполагать, то он его ещё даже не трогал, потому что у Филиппа есть деньги. Я…я сама видела, да у нас в сейфе дома лежит как минимум несколько сотен тысяч фунтов, – хмуро сообщаю им.

– Верно, он не трогал фонд, потому что не имеет на него права. А вот финансовая сторона дел Филиппа резко ухудшилась год назад, он содержит своего любовника и выплачивает долги Милтона, а они каждый день довольно высокие. Он в критическом положении, и решение всех его проблем – ты, – кивает Ред.

– Я? Это смешно. Мой отец – риелтор, а мама – обычная продавщица. Да, у папы всё стабильно, и репутация у него хорошая, но он небогат. Никогда не был богатым, иногда мы ели несколько дней картошку и горошек, будь он неладен, – хочется рассмеяться, но больно, да и выражения лиц у братьев мрачные.

– Ладно, предположим, что Филипп на грани банкротства, и всё это лишь пыль в глаза, но его отец. Он же, действительно, миллионер. О нём писали, и его счета огромны, недвижимость в Лондоне, на побережье Ниццы, машины и акции. Он поможет сыну и…

– Санта, родители Филиппа мертвы, – Ред перебивает меня ужасающей новостью.

– Что? – Шёпотом переспрашиваю и перевожу взгляд на Джо, кивающего в знак подтверждения.

– Их убили. И это сделал Филипп, он заказал их Милтону. Нашли два тела в Веллингтоне в обгоревшей машине, которая взорвалась по не выявленным причинам. Тела так и не были опознаны, но ни отца, ни матери в Новой Зеландии нет. Я проследил за их передвижениями и появлением на камерах в разных уголках планеты, но не нашлось похожих лиц именно с того дня, как произошёл взрыв. Их дом, который они арендовали, стоит пустой, и за него платит Филипп со своих счетов, а не отец, как было раньше. Кредитки заблокированы. И мы сделали точный вывод – Филипп убил своих родителей, чтобы, наконец-то, получить то, что ему необходимо, – чётко произносит Ред. Прикрываю рот рукой от шока. Нет, мои отношения с его родителями… их не было. Так будет лучше сказано. Его отец меня всегда пугал своим видом, да и с Филиппом у них были натянутые отношения, а я старалась держаться от него подальше. Его мать явно меня не любила и проводила время с бокалом вина, от которого пьянела и выдавала нелицеприятные фразы. И если учесть, что сделал его отец, то я не должна испытывать ни грамма сожаления. Но это так ужасно. Какими бы они ни были, это его родители. Те, кто помогали ему и вытащили из-за решётки. Ублюдок.

– Но за что он их убил? Просто взял и лишил жизни, – шепчу я.

– Из-за тебя. Его отец был в курсе ориентации сына и, думаю, он заставил его жениться на тебе. А затем требовал его завести детей, укрепить союз и поддерживать статус нормального мужчины, что Филиппу не нравилось. А как только у него начался кризис, то он понял, что лучший выход – получить наследство. И это можно сделать только после смерти отца. Филипп чётко следует плану, и сегодня он подал официальное заявление в полицию, что его родители пропали и не отвечают на звонки, а ему приходится оплачивать их дом. Дело пошло, дальше обнаружат, что они мертвы, и твоего мужа пригласят для оглашения завещания, – Ред делает паузу.

– И? При чём здесь я?

– А при том, сладкая моя, что именно ты богата. Ты наследница всего состояния Ричардсона старшего и только ты имеешь право распоряжаться фондом, деньгами и имуществом. Не Филипп, а ты, Санта. Ты обладаешь тем, что должно было принадлежать твоему мужу, и ты представляешь для него самую главную опасность на пути к жизни, которой он не заслуживает, – меткий выстрел. Такой чёткий, что я задыхаюсь от информации. Обескуражено смотрю, то на Реда, то на Джо. И так до бесконечности, пока осознание не ударяет по всем шрамам на моей коже, по всем ужасным воспоминаниями и не втягивается с шумным вдохом в мою грудь.

– Боже, поэтому он так ненавидит меня и хочет избавиться, – тихо делаю вывод.

– Верно. Ты его путь к наследству. А его отец в завещании чётко написал, что пока ты рядом с ним, то он имеет право пользоваться деньгами. Но как только ты подашь на развод, так всё переходит к тебе, ничего не оставив Филиппу. И вот она причина, по которой он начал изводить тебя и превращать в сумасшедшую. Когда тебя признают недееспособной, неадекватной, то он возьмёт опеку на себя. И убрать тебя сразу тоже нельзя, ведь твоя семья моментально поднимет шум, и начнётся следствие, всё арестуют, и это перейдёт государству. Последнее для него недопустимо, поэтому лучше тебе умереть или сойти с ума при естественных причинах, чтобы его жалели и отдали наследство, – отвечает Джо.

– Но… но, если я всё отдам ему, просто подпишу бумагу, что отказываюсь и только прошу отпустить меня, – быстро произношу я.

– И ты готова так легко расстаться с такими деньгами? – Усмехается Ред, отчего меня укалывает от обиды.

– Да, готова. Мне не нужны их кровавые деньги, мне ничего от них не нужно, только свобода. Ах да, пошёл ты, Джаред, со своим недоверием. Ты меня раздражаешь, и мне хочется тебе врезать, – зло шиплю я, а этот наглец улыбается.

– Прости, сладкая, не удержался. Но к сожалению, даже твоё искреннее признание никак не повлияет на Филиппа.

– Почему? Ему нужны деньги, так я отдам. Джо, это же можно осуществить? – Обращаюсь к мужчине, поджимающему губы.

– Теоретически, да. А вот практически, нет. Если произойдёт развод, и ты уйдёшь от Филиппа, то он потеряет всё, это упомянуто в завещании его отца, пока смерть не разлучит вас. Он не отпустит тебя живой, – напряжённо произносит он.